Главная » 2011 » Октябрь » 23 » Каирбек СУЛЕЙМЕНОВ: В МВД сделали карьеру многие проходимцы
10:36
Каирбек СУЛЕЙМЕНОВ: В МВД сделали карьеру многие проходимцы
Эксклюзивное интервью Zakon.kz дал бывший министр внутренних дел и секретарь Совета безопасности РК, генерал-полковник Каирбек СУЛЕЙМЕНОВ.

Zakon.kz: – Каирбек Шошанович, что сейчас происходит в стране? Возьмем высшие эшелоны власти. За какие-то месяцы – коррупционный скандал в Верховном суде, увольнение сразу шестерых судей, разоблачение крупнейшей за последние годы криминальной группировки на таможне «Хоргос», во главе которой стояли и высокопоставленные сотрудники Комитета Национальной безопасности. Возьмем криминальный мир. В Алматы накрыли группу бандитов, в поселке Шубарши Актюбинской области убиты три сотрудника полиции. Намедни в Алматы в собственной квартире убита директор Алматинского хореографического училища. Этот список можно продолжить. Я уж не говорю о том, что ежедневно в сводках МВД – сотни, тысячи различных преступлений. Страшно становится жить…

К. С.: – Этот вопрос я бы разделил на две части. Первая – коррупционный беспредел, вторая – проявление организованной преступности и откровенный бандитизм. О коррупции уже много сказано и я бы хотел только добавить, что ничего необычного в стране не происходит. Президент давно всех предупредил, что борьба с коррупцией будет беспощадной, и времени для коррекции поведения было предостаточно. Идет рабочий процесс и никакого эпатажа здесь не должно быть. Никакого всплеска мздоимства не наблюдается, есть лишь некоторая активизация деятельности правоохранительных органов.

По поводу криминального мира, как вы выражаетесь, давно можно было сделать выводы об обострении оперативной обстановки, особенно в последние годы. Это в первую очередь связано с ослаблением активности МВД в борьбе с организованной преступностью, которая приобрела и религиозно-экстремистскую окраску. Ослаблена профилактическая агентурно-оперативная работа, о чем свидетельствуют «неожиданные» организованные преступные проявления, как на воле, так и в местах лишения свободы. Неповоротливость МВД очевидна. Вместо создания неуместных и чуждых полиции структур, например, департамента стратегического планирования наряду с имеющимся штабом, а также иных очковтирательских новаций, следовало бы все эти годы наращивать усилия в вопросах укрепления реального контакта с населением, глубокой разведки в преступной среде и учебы молодого поколения оперов и следователей.

Zakon.kz: – Операцию по поимке подозреваемых в убийстве полицейских в Актюбинской области проводила оперативная группа спецподразделений «Сункар» и «Беркут» МВД. В ходе обезвреживания преступников – членов экстремистской группы были уничтожены девять человек. В этой трагической истории должна была разобраться межведомственная комиссия Генпрокуратуры, КНБ и МВД и ответить на вопросы: как бандиты, находившиеся в камышах в окружении, смогли незамеченными уйти и спрятаться в поселке? Почему отборные силы спецназа не могли долгое время справиться с 11 преступниками? Далее. В Балхаше в результате самоподрыва во время штурма спецназа погибли шестнадцать взбунтовавшихся заключенных. В конце июля в Актобе в ходе спецоперации застрелен 24-летний неработающий Т. Оразбеков. Кроме того, во время предварительных следственно-оперативных мероприятий был убит один полицейский, несколько ранены. Понесли потерю и сами спецназовцы. Не слишком ли много жертв? Не является ли такое количество убитых показателем бессилия, непрофессионализма, слабой подготовки спецназа? Кто, где и как готовит сегодня спецназ?

К. С.: – Да, участившиеся факты вооруженного сопротивления бандитов и гибели полицейских заставляют обратить внимание на качество все той же агентурно-оперативной работы и обучения спецназа. Я не могу подробно говорить о том, где и как готовится спецназ, скажу лишь одно – условия для этого есть. Значительные средства затрачены на это в последнее десятилетие, но качество нельзя повысить дилетантскими призывами, поголовным наказанием за малейшие провинности и расстановкой кадров «по блату».

Полицейские гибли во все времена, такая это работа. Но одно дело, когда это случается в результате внезапного нападения, а другое – когда причинами являются разгильдяйство и непрофессионализм начальства. Считаю, высоким чинам нужно всегда самим заниматься конкретикой. Вот, вспомнил один случай, позвольте рассказать. Не для саморекламы, разумеется.

В период моей службы в качестве Командующего внутренними войсками (после отставки с должности Министра внутренних дел) в Павлодаре один из военнослужащих срочной службы покинул расположение части и, угрожая автоматом, захватил в заложники продавщицу магазина. Он заявил о своем намерении отстреливаться до последнего патрона. Начальником полиции области был генерал-майор М. Тумарбеков, который во взаимодействии с частями внутренних войск организовал блокирование и готовился к штурму после затянувшихся переговоров.

Находясь в Астане, я из своего кабинета дал задание связать меня по телефону с дезертиром и проговорил с ним полночи. Сам факт моего контакта с солдатом, находившимся в состоянии сильного аффекта и готового на все, мои обещания объективно разобраться в ситуации привели к добровольной сдаче. Когда снайперам и штурмовикам сказали, что штурм пока откладывается, потому что с преступником разговаривает сам Командующий из Астаны, у них это вызвало ощущение единства с командованием, принявшим меры к исключению вероятности жертв.

Zakon.kz: – Актюбинские полицейские констатируют, что за последние два месяца в этом регионе резко возросло количество преступлений с применением огнестрельного оружия. У членов преступной группировки, к примеру, было изъято более 22 единиц огнестрельного оружия. Вообще, все преступники в Казахстане пользуются огнестрельным оружием и, как правило, «родным» – пистолетами Макарова, автоматами Калашникова, советскими гранатами. Где они их берут? Полиция даже призывает население добровольно сдать оружие. Откуда у граждан берется это самое оружие, которое сдавать надо?

К. С.: – Все это – из арсеналов Советской Армии, и ни одного ствола из МВД и КНБ. Под Советской Армией подразумеваю склады не только Туркестанского военного округа, но и всей территории бывшего СССР.

Zakon.kz: – Высокопоставленных коррупционеров (Верховный суд, Хоргос) на чистую воду вывел финпол. Такое впечатление, что работает только финпол, а другие правоохранительные ведомства, в том числе МВД, которое Вы возглавляли дважды, занимают пассивную выжидательную позицию...

К. С.: – МВД вообще не занимается вопросами борьбы с коррупцией, этим занимаются только финансовая полиция и отчасти КНБ – таково законодательное распределение функций. Но с коррупцией внутри себя МВД обязано заниматься.

Zakon.kz: – Можно о «хоргосском» деле? Председатель КНБ обещал наказать всех его фигурантов независимо от их ранга, места работы и принадлежности к «команде». Как Вы думаете, это реально?

К. С.: – Реально, но нужно дождаться окончания следствия.

Zakon.kz: – По мнению наших граждан, коррупция в Казахстане достигла такого апогея, что дальше некуда. Выражения «правовой беспредел, взятка, круговая порука, бездействие чиновников» настолько прочно вошли в обиход, что уже никого не удивляют. Люди считают, что правоохранительные и силовые структуры не работают, все упирается в деньги. Заплатишь – будут работать, не заплатишь – закроют дело. Почему ни граждане, ни общество, ни само государство не защищены должным образом от преступных посягательств? Что делать, где выход? Какой момент в борьбе с коррупцией Вы считаете самым главным?

К. С.: – Начнем с последнего. Я уже неоднократно говорил, что здесь самое главное – перестать «грузить» подчиненных поборами, создать эффективную систему контроля над решениями, которые они принимают. Это очень важно. Кроме того, необходима криминологическая экспертиза значимых проектов с большими государственными затратами, необходимо запретить кочевать с одной должности на другую целыми «командами» и т.д. и т.п. Все давно очевидно и понятно, но не делается в достаточной мере по известным причинам.

Zakon.kz: – Сможет ли новый министр внутренних дел Калмуханбет Касымов провести в полиции кардинальные преобразования?

К. С.: – Вполне. У него опыта предостаточно, однако кадры на всех уровнях слабые, поэтому следует искать подготовленных и честных фанатиков полицейского дела и ставить их на решающие участки. В последние годы в МВД сделали карьеру многие проходимцы, не способные делать дело, но талантливые болтуны. В условиях жесткого единоначалия три последних министра, будучи больше политиками, нежели полицейскими, принимали решения «по докладам», а не по реальным результатам работы. Скромные, неказистые ораторы были оттерты за перила служебной лестницы. Касымов профессионал и способен видеть проблемы изнутри.

На мой взгляд, следует разогнать свору шакалов-взяточников и дилетантов-руководителей, вред от которых, пожалуй, не меньше. То есть в МВД нужны большая чистка и стирка, мы этого пока не наблюдаем.

Zakon.kz: – Страна долго ждала реформирования правоохранительной и судебной систем, и вот в августе прошлого года Президент подписал указ о повышении эффективности деятельности этих структур. Были предложены меры по разграничению полномочий правоохранительных органов, их оптимизации, освобождению от несвойственных им функций. Получается, что реформа, с одной стороны, затрагивает лишь перенос одних функций госорганов в другие. С другой, можно ли отдавать подготовку и проведение судебно-правовой реформы на откуп чиновникам? Хотят ли они сами себя реформировать, ведь им и так вроде бы неплохо.

К. С.: – А кто, кроме чиновников, это сделает? Назовите. Должна быть совместная работа государства и общества. Дееспособность гражданского общества оставляет желать лучшего. Отсюда следует, что главные субъекты реформы – это чиновники. Это не так уж плохо, если это люди знающие, испытавшие на себе тяготы госслужбы, реформируемых структур. Наша юридическая наука не востребована в полной мере по причине внутрисистемного кризиса в оной.

Тема судебно-правовой реформы глобальная и говорить обо всем и ни о чем контрпродуктивно. В этом важнейшем направлении деятельности государства самым принципиальным является перераспределение функций между силовыми ведомствами, от которого зависят результаты работы и психологическая атмосфера в правоохранительной системе. К сожалению, в последние годы были приняты решения, противоречащие контексту судебно-правовой реформы в целом. Так, совершенно неверным представляется возложение на МВД функции расследования уголовных дел о воинских преступлениях.

Необходимо восстановить в органах прокуратуры полнокровный следственный аппарат, а военной прокуратуре поручить следствие в отношении военнослужащих, изъяв эту функцию из полиции. После передачи санкционирования ареста судам, у прокуратуры в определенной степени «развязались руки», теперь прокурорское следствие может расставить точки над «i», нормализовать взаимоотношения между силовыми органами, устранив процессуальную конкуренцию.

Я против ликвидации транспортных департаментов на юге, западе и северо-востоке страны, которые обеспечивали своевременный контроль и руководство множеством пунктов милиции на станциях и разъездах железной дороги и аэропортах. Теперь ими занимается Транспортный комитет МВД. Не хотел бы оказаться мрачным предсказателем, но прогнозирую полную анархию и бесконтрольность до серьезного уголовного ЧП на транспорте с последующими оргвыводами, с восстановлением региональных департаментов.

Также предвижу полное фиаско с экспериментом в ДВД Алматинской области, где по поручению из Астаны пытаются создать гибрид между следователями и оперуполномоченными криминальной полиции (уголовного розыска). Так называемые управления по расследованию – не что иное, как умоблудие дилетантов. Для решения задачи объединения в одном лице опера и следователя, надо менять концептуальную модель уголовного процесса на западный манер, расширить рамки судебного следствия, видоизменить роль суда в расследовании преступлений и коренным образом скорректировать статус прокурора. Сейчас мы застряли посередине реки. С одной стороны, по западной схеме изменили суд, в остальном все оставили по-прежнему. «Реформаторы» выдохлись, сняли лозунги и отмалчиваются.

Также я согласен с вами, что, кроме перераспределения полномочий, важны внутрисистемные реформаторские решения.

Zakon.kz: – С момента выхода известного президентского указа прошел год. Что сделано? И главное – для рядового гражданина, для которого, собственно, все это и должно делаться. Простому человеку абсолютно все равно, какими функциями наделен суд или полиция. Для него главное – чтобы его приняли, выслушали, защитили его права, наказали виновника всех его бед… Или опять вместо реформирования у нас профанация и отчеты?

К. С.: – Конечно, в годовщину Президентского Указа «О мерах по повышению эффективности правоохранительной деятельности и судебной системы в Республике Казахстан» можно и нужно подвести первые итоги. Этот документ принят своевременно, он конструктивен по своему содержанию. Однако по смыслу известной концепции правовой реформы до 2020 года, помимо новшеств необходимо отменять ранее принятые неверные решения, исправлять допущенные ошибки, но для этого авторам надо набраться мужества и признать их перед Президентом.

Если в целом говорить об итогах реформы правоохранительных и судебных органов, то можно констатировать – стратегический курс Президента на создание принципиально нового политического, экономического и социального уклада жизни, строительство современного государства и общества был надежно подкреплен мерами законодательного характера, и казахстанские юристы успешно с этим справились.

При этом гражданское и уголовное законодательство превзошло по своим качествам процессуальное. Особенно уголовно-процессуальное, динамика которого уперлась в некоторые концептуально значимые неверные решения в распределении полномочий между правоохранительными органами. О реформе можно говорить много и долго. Здесь и вопрос дальнейшего расширения рамок протокольной формы ведения дознания, и переход к поголовной регистрации преступления, сопряженной с искоренением укрытия преступлений и так далее. Система силовых структур за два десятилетия претерпела ряд надуманных, вредных трансформаций. Примеры? Пожалуйста.

Шараханье с КУИС, ошибки при конструировании системы ГСК, что привело к его ликвидации, вывод внутренних войск из МВД и возврат обратно, изъятие погранвойск из КНБ и передача их в Минобороны с последующим возвращением, подчинение Комитета по исполнению судебных решений Верховному суду и его возвращение в Минюст. И это не все. Список неисправленных до сих пор ошибок можно продолжить, и никто за это не ответил. Закаленные в непрофессиональных реформациях люди продолжают влиять на решения. Совет по правовой политике Администрации Президента работает, однако и он не должен владеть монополией на истину, так как и там не все очевидно… В вопросах реформирования правоохранительных органов как части судебно-правовой реформы останавливаться нельзя, нужен очередной прорыв.

Zakon.kz: – У читателя может сложиться впечатление, что Вы консерватор старой школы.

К. С.: – Это не так. Я мог бы перечислить очень многое и прогрессивное, сделанное мной вместе с моими соратниками по Администрации Президента, Министерству внутренних дел и Совету безопасности, но это тема для другого разговора.

Zakon.kz: – Как-то Вы сказали, что вопросы реформирования правоохранительной системы у нас заведены во многом в тупик – из-за недооценки мнений профессионалов. Кого Вы, например, имеете в виду? Себя?
К. С.: – Не только…

Zakon.kz: – Из всех реформ правоохранительных органов на постсоветском пространстве самым удачным оказался грузинский, им удалось победить коррупцию в полиции. Применим ли грузинский опыт в Казахстане?

К. С.: – Пропагандистский имидж грузинского опыта затмил умы многих, но простых решений не бывает, у них многое получилось путем повышения зарплаты и полной кадровой замены. Ничего нового. У нас это не получится, не те масштабы. Нет десятков тысяч людей со специальным образованием, ждущих своей очереди занять должность, как это было в Грузии до известного времени.

Zakon.kz: – В Казахстане до сих пор сохранились и дают о себе знать унаследованные рецидивы репрессивной советской модели, у нас две трети осужденных отправляется на решетку. Условия там не ахти, заключенные периодически бунтуют. Последний пример – июльский мятеж в Балхаше, унесший 16 жизней осужденных. Не успели от этого оправиться, как из балхашской колонии вчера совершили побег четверо особо опасных преступников. Между тем, Президент еще в мае обратил особое внимание на очевидный кризис действующей системы наказаний, а воз, как говорится, и ныне там. Когда казахстанская уголовно-исполнительная система начнет отвечать международным стандартам и требованиями сегодняшнего дня?

К. С.: – Политика жестких наказаний (ригоризм) оправдана там, где наблюдается высокий уровень преступности, в первую очередь организованной, и связывать ее с советским прошлым некорректно.

Что касается КУИС, то это действительно наследие царской каторги, где созревала политическая оппозиция по причине коллективного отбывания наказания. Социальные проблемы в местах не столь отдаленных надо решать кардинально, надо ввести камерную систему проживания, но создавать санаторные условия не следует.

Важнейшим положительным решением последних дней является возвращение Комитета уголовно-исполнительной системы (КУИС) в МВД. Будучи Министром внутренних дел, я категорически был против передачи КУИС в Минюст, однако сторонники «демократизации правоохранительной системы» в угоду западным клерикалам борьбы со сталинским наследием (хотя до сих пор не отменившим у себя смертную казнь), сумели протащить эту идею.

С передачей КУИС в Минюст значительно ухудшилась обстановка в закрытых учреждениях, аспекты либерализации условий отбывания наказания до сих пор не конкретизированы и не реализованы, нарушилась единая система предупреждения и раскрытия преступлений в местах лишения свободы, не удалось преодолеть межведомственные барьеры. Словом, я приветствую решение о возвращении КУИС в МВД, но это возлагает на МВД большую ответственность за состоянием дел в данной специфической структуре.

Если в целом говорить о реформировании уголовно-исполнительной системы, то оно требует продолжения.

Zakon.kz: – В последнее время все чаще стали говорить об угрозе религиозного экстремизма в Казахстане. Насколько она реальна?

К. С.: – К сожалению, реальна, но не в такой степени как у ближайших наших соседей. До «шахидов» дело пока не дойдет, но меры экстренные и системные принимать надо. Подросла молодежь, чуждая атеизму и социалистическому образу сознания. Бесконтрольное распространение псевдоисламских идей и учений, открытые призывы к мракобесию, стирание грани между церковью и государством, пассивная позиция государственных структур, игнорирование мнения истинно верующих – это очень серьезные причины и условия, способствующие религиозному экстремизму. Все мы верующие, но верим по-разному. Эмиссары ваххабизма и фундаментализма в крайних их проявлениях, разномастные выпускники религиозных школ арабского просвещения вербуют своих сторонников на глазах у нас. В Казахстане практически ликвидирована почва для уголовной организованной преступности, а множество ее проявлений есть результат неповоротливости правоохранителей. Но есть опыт борьбы с организованной преступностью, а опыта борьбы с религиозным экстремизмом нет. Не следует все факты криминального характера, где замешаны верующие, записывать в джихад, но и недооценивать начавшийся не вчера процесс опасно. Не уверен, что и Духовное управление мусульман Казахстана ведет эффективную работу в профилактике терроризма.

Наши граждане в большинстве своем не поддерживают идеи исламского и иного радикализма, и это дает органам нацбезопасности, внутренних дел и прокуратуре широкие возможности для обеспечения правопорядка в этой деликатной сфере. Словом, оснований для паники у нас нет, но ухо надо держать востро.

Zakon.kz: – А возможна ли в Казахстане подготовка боевиков-смертников?

К. С.: – Если подготовка терактов стала возможной в Норвегии, то почему это невозможно в Казахстане? Но у нас не проглядывается необходимость этого даже на взгляд крайних экстремистов любого толка. Кого и зачем взрывать в стране, где Президент ведет взвешенную политику, искусно маневрируя в хитросплетениях международной обстановки и занимает честную позицию внутри страны.

В заключение хотел бы сказать, что у читателя может возникнуть вполне резонный вопрос: а где ты был, когда был министром МВД, секретарем Совбеза, почему эти проблемы не решил?

Каждый отрезок исторического времени ставит новые проблемы. Значит, эти новые проблемы надо решать тем, кто занимается ими сейчас. Тогда, в тяжелый период развала СССР, перед нами стояла задача сохранения устойчивости власти и становления нового независимого государства, а также создания заслона бандитизму и другим проявлениям организованной преступности. Заказные убийства в процессе дележа государственной собственности, рэкет, уличный беспредел были обыденным явлением. Этому в свое время был положен конец, однако впоследствии позитивные результаты работы тех лет закрепить не удалось. Над этим следовало бы глубоко задуматься.

Я не навязываю своего мнения никому, я просто честно ответил на ваши вопросы.




Торгын НУРСЕИТОВА
Zakon.kz
[05.08.2011]
Категория: Казахстанские военные новости | Просмотров: 571 | Добавил: Marat | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 1
1  
Интервью августовское, но очень интересное.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Календарь
«  Октябрь 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31