Главная » 2011 » Ноябрь » 23 » The Diplomat: Почему Китай и Россия помогают Ирану
12:55
The Diplomat: Почему Китай и Россия помогают Ирану
Почему Китай и Россия помогают Ирану
Новая резолюция Совета Безопасности ООН выражает озабоченность ядерной программой Ирана, однако содержит мало конкретных предложений, как остановить ее. Китая и Россия счастливы, что дела обстоят именно так.

Пять стран – постоянных членов Совета Безопасности ООН: Великобритания, Китай, Франция, Россия и Соединенные Штаты Америки, а также Германия, - приняли проект совместной резолюции по Ирану, которая будет представлена Международному Агентству по Атомной Энергии (МАГАТЭ). Текст резолюции выражает их "глубокую и растущую озабоченность" возможными исследованиями Тегерана в области ядерных вооружений, как указано в последнем отчете МАГАТЭ. Однако тот факт, что резолюция в основном сводится к словам и не предусматривает реальных действий, объясняется сопротивлением Пекина и Москвы принятию более сильных формулировок.

Принятая резолюция призывает Иран обеспечить доступ МАГАТЭ "ко всей важной информации, документации, сайтам, материалам и персоналу", необходимому, чтобы агентство могло изучить вопрос, занимались ли иранцы ранее исследованиями и испытаниями ядерного оружия. Однако проект резолюции не передает дело Ирана на рассмотрение в Совете Безопасности ООН (СБ ООН), хотя, в соответствии с международным законодательством, лишь только он обладает необходимыми полномочиями для применения мер принудительного характера.

Пекин и Москва, удивив обозревателей прошлым летом, когда они проголосовали за дополнительный раунд санкций СБ ООН, ныне вернулись к своей обычной осторожности. Призывая Иран воздержаться от разработки ядерного оружия и обеспечить большую прозрачность своей ядерной программы, они сопротивляются введению любых новых санкций, как со стороны Совета Безопасности ООН, так и со стороны отдельных западных правительств.

Читайте также: МАГАТЭ защищает свой доклад по Ирану

Дипломаты этих стран отмечают, что ныне существующие санкции не смогли изменить ядерную политику Ирана, и если и оказали какое-то влияние, то оно сводится к тому, что Тегеран стал еще более строптивым. Взамен они призывают к возобновлению усилий по обеспечению диалога и переговоров – к позиции, естественно, поддерживаемой и самим Ираном. Пекин и Москва пытались даже отложить публикацию последнего отчета МАГАТЭ с указанием некоторых подробностей о связанной с ядерным оружием деятельности Ирана, заявив, что его появление может привести к нежелательным результатам и ухудшить перспективы достижения урегулирования этой проблемы путем переговоров.

Разумеется, нельзя недооценивать и то, в какой степени Пекин и Москва уже теперь ужесточили свои позиции по отношению к ядерной программе Ирана. Китайские и российские официальные лица не раз недвусмысленно проявляли раздражение из-за упрямого отказа Тегерана пойти навстречу требованиям СБ ООН и приостановить выполнение своей программы по обогащению ядерного топлива, что является предварительным условием дипломатического урегулирования проблемы, которое из-за этого остается трудно достижимым.

Действительно, они присоединились к позиции МАГАТЭ и СБ ООН, обращаясь к Тегерану с многочисленными предупреждениями, чтобы Тегеран прекратил осуществление своей программы обогащения урана, которая может быть использована для изготовления ядерного топлива оружейного качества, способного обеспечить энергией ядерный взрыв. Они также предупреждали Иран, что он должен предоставить МАГАТЭ дополнительную информацию о своей прежней ядерной деятельности, которую возможно интерпретировать как стремление к разработке действующей конструкции ядерного оружия. Они проголосовали за четыре раунда экономических санкций, среди которых были и довольно жесткие.

Однако несмотря на годы действия односторонних и многонациональных санкций, а также продолжительные переговоры с участием множества мировых лидеров, иранское правительство непоколебимо намерено продолжать развитие производственных мощностей для обогащения урана в самом Иране, не прибегая к прямой помощи зарубежных стран.

Постоянные разоблачения подозрительной ядерной деятельности Ирана – достигшие кульминации в начале 2010 года, когда всплыл наружу тот факт, что Иран оборудовал еще один секретный производственный объект по обогащению ядерного топлива, на этот раз глубоко в недрах гор, недалеко от священного шиитского города Ком – явно подорвало их веру в добрые намерения Тегерана.

Может быть, раньше китайские и российские официальные лица могли и осуждать администрацию Джорджа Буша за ее якобы угрожающую позицию, блокирующую возможность дипломатического урегулирования и даже побуждающую боязливых иранцев задумываться о приобретении ядерного оружия как способа гарантии собственной безопасности. Однако усилия администрации Обамы по вовлечению Ирана в переговоры по его ядерной программе и другим вопросам заставили многих из них, во всяком случае, возложить ответственность за непрекращающийся кризис на режим Ахмадинежада. На международных встречах китайские и российские лидеры явно стремились к тому, чтобы свести к минимуму их открытые контакты с Ахмадинежадом и дистанцироваться от его несдержанных антиеврейских и антизападных высказываний.

В июне 2010 года они в СБ ООН встали скорее на сторону западных держав, чем Бразилии и Турции, и проголосовали за четвертый раунд обязательных санкций против Тегерана из-за его непрекращающейся подозрительной деятельности в области ядерного синтеза. Эта деятельность осуществлялась в нарушение предыдущих санкций Совета Безопасности, запрещающих Ирану заниматься обогащением урана или другой деятельностью, которая могла бы способствовать разработке ядерного оружия, пока Тегеран не сделает свою нынешнюю и прошлую деятельность в области ядерной энергетики более прозрачной для МАГАТЭ.

Изменение позиции Китая и России стало также очевидным, когда в прошлом году они решили, что Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), в число руководителей которой входят и они, не может принять Тегеран в качестве полноценного члена, пока в отношении Ирана действуют санкции ООН. Поскольку они сами проголосовали за наложение этих санкций, они фактически наложили вето на членство Ирана в ШОС на неопределенный период времени.

Что еще более важно, российское правительство, после определенного периода противоречивых заявлений со стороны российских официальных лиц, недавно заявило, что четвертый раунд санкций запрещает Москве продавать Ирану управляемые зенитные ракеты С-300. В течение нескольких лет израильские и западные официальные лица предупреждали, что поставка ракет С-300 фактически может вынудить Израиль атаковать иранские ядерные объекты до того, как системы эти будут введены в действие, если окажется, что они представляют значительную опасность для израильских летчиков.

До сих пор российские официальные лица настаивали на поставках Ирану ракет С-300, заявляя, что эти ракеты-перехватчики являются оборонным оружием, а любые подобные поставки не противоречат положениям международного и российского права. Однако после многолетних слухов о том, когда будет производиться поставка и после неоднократных заявлений России, что вопрос заключался лишь в разрешении некоторых финансовых и технических сложностей, которые сделают возможным осуществление этой транзакции, российская сторона, ссылаясь на санкции ООН, постаралась избежать бури, которую вызвала бы эта сделка.

Эти решения явились следствием их субъективной интерпретации собственных обязательств в ООН – Пекин и Москва могли бы утверждать, что резолюции СБ ООН имеют более ограниченные рамки, и не касаются проблем продажи ракет С-300 или членства в ШОС.

С другой стороны, с учетом того, что экспорт оружия Россией уже достиг рекордных уровней, и на данный момент зарезервировано заказов на сумму более 30 миллиардов долларов, российское правительство может пойти на отказ от продажи ракет С-300, не подвергаясь значительному экономическому ущербу. Остаются в силе все прочие российские сделки по продаже оружия. Российские дипломаты также ясно дали понять, что они надеются, что Израиль и Соединенные Штаты Америки, со своей стороны, воздержатся от поставок оружия Грузии, в качестве компенсации своего отказа от сделки с Ираном. А китайские официальные лица, как минимум, ясно дали понять, что они не хотели бы, чтобы ШОС выглядел антиамериканским блоком, если будут сделаны какие-то шаги по превращению Ирана в полноправного члена этой организации.

Ни Китай, ни Россия не желают, чтобы Иран приобретал ядерное оружие, однако российская и китайская оппозиция наложению дополнительных санкций на Иран не вызывает удивления. Правительства обеих стран постоянно защищают право Ирана и других стран на осуществления ядерной программы в области мирного применения, например, для обеспечения энергией не военных отраслей.

Информационный документ китайского правительства в области обороны, "Национальная оборона Китая в 2008 году" ("China’s National Defense in 2008"), опубликованные в начале 2009 года, утверждается, что "Китай придерживается того мнения, что иранский ядерный вопрос должен быть разрешен мирным путем, политическими и дипломатическими средствами".

В 2007 году тогдашний президент России Владимир Путин выразительно охарактеризовал позицию Москвы в следующих словах: "У нас нет доказательств намерений Ирана производить ядерное оружие. Поэтому мы исходим из посылки, что Иран не имеет подобных планов. Однако мы разделяем озабоченность других партнеров и полагаем, что иранские программы должны быть прозрачными". Предполагается, что Путин сохранит такую позицию после своего возвращения на пост президента в будущем году.

Может быть, китайские и российские официальные лица и захотят изменить свою позицию в отношении иранского режима, однако они опасаются изменения режима в Тегеране. Общественные протесты 2009 года заставили их четко осознать, что, если оппозиция в Тегеране придет к власти, ее лидеры не слишком благосклонно отнесутся к прошлой китайско-российской поддержке Ахмадинежада. Среди лозунгов участников протестов нередко звучали слова "Смерть России"; кроме того, они критиковали Китай за китайско-российскую помощь иранским властям в осуществлении репрессий в отношении участников мирных демонстраций. Лидеры оппозиции и блоггеры ставят в вину Китаю и России их помощь иранскому режиму в подавлении свободного пользования интернетом и выражения общественных протестов. Они также высказывают недовольство слишком поспешными поздравлениями Ахмадинежада с победой в сомнительных президентских выборах 2009 года со стороны китайского и российского правительство. Они считают эти выборы фальсифицированными, в которых не были учтены голоса, отданные за лидеров оппозиции.

Реакцию Китая и России формируют также экономические соображения. На протяжении прошедшего десятилетия китайские и российские дипломаты неоднократно стремились смягчить санкции СБ ООН, особенно те, которые могли бы ограничить экономическое сотрудничество их стран с Ираном и сотрудничество в области энергетики. С помощью жесткой торговли на переговорах им удалось вывести свои основные экономические интересы в Иране из-под действия существующих экономических санкций ООН.

За исключением продажи управляемых зенитных ракет С-300, коммерческие связи между Россией и Ираном в результате эти санкций не слишком пострадали. Россия остается одним из основных поставщиков оружия Ирану, и российские компании взяли на себя заметную роль в помощи развитию мирной энергетики Ирана, включая и ядерный сектор: недавно Россия завершила сооружение в Иране первого ядерного реактора в Бушере. Хотя Российские предприниматели выражают недовольство жесткой тактикой ведения переговоров, которую используют иранцы, российские компании занимают выгодное положение, которое позволит им расширить свою деятельность в случае, если непрочная позиция изоляции Ирана, в конечном счете, заставит иранцев изменить свою тактику ведения переговоров в отношении хотя бы одного зарубежного государства.

Китай уже извлек определенную выгоду из малочисленности альтернативных экономических партнеров Ирана. Китайские предприятия энергично "тампонируют" западные фирмы, существующие в энергетическом секторе и других отраслях экономики Ирана. Хоссейн Ногрекар (Hossein Noghrekar), заместитель министра нефти Ирана, заявил, что китайские компании инвестировали в иранскую энергетическую промышленность 40 миллиардов долларов, и что иранские и китайские представители обсуждают строительство семи дополнительных перерабатывающих заводов в Иране, которые бы сильно увеличили иранские производственные мощности по производству бензина из нефти. Несмотря на огромные запасы природного газа и нефти на территории страны, Иран вынужден закупать готовые нефтепродукты у зарубежных стран, в том числе и у Китая.

В целом, торговля между Китаем и Ираном ежегодно возрастает на 30%. Китай стабильно импортирует из Ирана от 10 до 15% всей зарубежной нефти, а китайский экспорт в Иран включает автотранспортные средства, ткани, потребительские товары, а также технику и оборудование. Приобретает Иран и некоторые виды китайского оружия, особенно ракеты, и заинтересован в значительном расширении этого ассортимента.

И Китай, и Россия экономически и дипломатически заинтересованы в продолжающемся отчуждении Ирана от Запада. Обеим этим странам выгодно нежелание западных компаний инвестировать свои средства в Иран из-за многочисленных односторонних и многосторонних санкций, наложенных на его правительство из-за его ядерной программы, из-за поддержки в прошлом терроризма и из-за противоречивой региональной политики в отношении Израиля, Ливана и других стран. Эти напряженные отношения сохраняют положение Китая и России как крупнейших экономических партнеров Ирана. Если бы не это, экономика Ирана, вероятно, вернулась бы к схеме, существовавшей до 2000 года, когда торговля велась в основном с западными странами и прямые зарубежные инвестиции в стране были в основном западными.

Тем временем конфронтация между Ираном и странами Запада отвлекает западные дипломатические и военные ресурсы от Европы и Азии, регионов, относительно более важных для России и Китая. Усилия Запада и Ирана по обеспечению своей позиции поддержки Пекина и Москвы также усиливает китайскую и российскую дипломатию, предоставляя им рычаги воздействия. Они имеют возможность оказывать давление на западные правительства, требуя ответных уступок по другим вопросам, а также поддерживать Тегеран, чтобы он не допускал помощи со стороны иранцев исламистским террористам на Южном Кавказе или в провинции. По этим причинам китайские и российские официальные лица, очень может быть, не слишком разочарованы неудачей администрации Обамы в ее постоянных усилиях по решению иранского вопроса.

По-видимому, китайская и российская делегации отказались принять более "зубастый" вариант проекта текста для МАГАТЭ. Они заставили убрать из прежних резолюций СБ ООН по наложению санкций формулировки, запрещающие иностранные инвестиции в энергетический сектор Ирана или препятствующие иным коммерческим связям с Ираном.

Представители Китая и России пытаются не допустить принятия их западными партнерами дополнительных санкций в отношении Ирана; однако сдерживание ими действий ООН, понятное в свете их экономических интересов и интересов безопасности, не оставляет Соединенным Штатам, Европейскому Союзу и другим странам выбора, кроме как использовать иные инструменты, помимо СБ ООН – такие, где Пекин и Москва не могут наложить на их усилия свое вето.

Оригинал публикации: Why China and Russia Help Iran

Опубликовано: 19/11/2011

("The Diplomat", Япония)
Ричард Вейтц (Richard Weitz)
Источник - ИноСМИ
Категория: Международные военные новости | Просмотров: 483 | Добавил: Marat | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Статистика

Онлайн всего: 5
Гостей: 5
Пользователей: 0
Календарь