Главная » 2011 » Декабрь » 25 » В.Муниров: Россия – Иран. Дружить нельзя расстаться
20:14
В.Муниров: Россия – Иран. Дружить нельзя расстаться
Есть ли экономическое сотрудничество сегодня?

Россия с Ираном совместно обладают около 20 процентов общемировых запасов нефти и более 40 процентов запасов газа. Это очень серьезное основание рассмотреть, каково реальное экономическое сотрудничество двух наших стран в нефтегазовой сфере.

22-24 июня 2010 года в Москве на VIII Международном нефтегазовом конгрессе прошла первая российско-иранская конференция на тему "Деловое и технологическое сотрудничество в нефтегазовой сфере". Если учесть, что Иран постоянно находится под давлением международных санкций ООН, а тогдашний министр обороны США Р. Гейтс публично назвал российскую политику поддержки санкций при одновременном сохранении экономических отношений с Ираном – "шизофренией", то данное мероприятие можно назвать современным "ответом Керзону".

Напомним – министр иностранных дел Великобритании лорд Керзон в 1923 году в ультимативной форме потребовал от советского правительства прекратить антибританскую политику на Востоке, в том числе в Иране. Советское правительство тогда организовало шумную публичную пропагандистскую компанию протеста – "ответ Керзону", но в тихой дипломатической части выполнило почти все требования ультиматума.

14 июля 2010 года после встречи министра энергетики Российской Федерации С.И. Шматко с министром нефти Исламской Республики Иран С.М. Мирказеми было подписано совместное заявление. Серьезный документ, в котором продекларировано: утвердить "Дорожную карту перспективных проектов в сфере нефти, газа и нефтехимии"; изучить возможность учреждения совместного банка по финансированию проектов в нефтегазовой и нефтехимической отраслях; изучить возможность продажи части сырой нефти на своих нефтяных биржах; осуществлять сотрудничество по транзиту природного газа и своповым операциям; изучить возможность создания совместной компании с целью ведения деятельности в проектах по нефти, газу и нефтехимии и т.д.

Все замечательно, но, как мы видим, в меморандуме двух сторон пока доминирует глагол "изучить".
Что же происходит на уровне бизнеса?

Как это ни странно, при огромных запасах углеводородов Иран импортирует порядка 40% нефтепродуктов – фактически "сапожник без сапог". Причина в том, что большинство иранских нефтеперерабатывающих предприятий построены западными транснациональными компаниями, так называемыми "Семью сестрами", еще во времена шахского режима – то есть более тридцати лет назад. Поэтому сегодня требуются огромные инвестиции для модернизации нефтеперерабатывающего производства.

В сложный для Ирана период российская нефтяная компания "Лукойл" прекращает поставки туда дизельного топлива, выходит из проекта по разработке Анаранского нефтяного месторождения. Оно и понятно, ведь "Лукойл" тесно связан с американским капиталом через своего крупного акционера ConocoPhillips, а лоббировал эту техасскую нефтяную компанию не кто иной, как Дж. Буш-младший еще будучи президентом США.

Уже много лет другая российская нефтяная компания "Татнефть" ведет переговоры по добыче нефти в Иране. В 2005 году ею с "Фондом обездоленных Исламской Республики Иран" было создано совместное предприятие "ПарсТат", однако до сих пор оно так и не получило ни одного государственного контракта на разведку и добычу нефти.

Гораздо успешней продвигаются дела у "Газпрома". Например, его дочернее предприятие "Газпром нефть" совместно с Национальной иранской нефтяной компанией (NIOC) займется разработкой двух нефтяных месторождений в Иране – "Азар" и "Шангуле".

"Газпром" в международном консорциуме осваивает гигантское газоконденсатное месторождение "Южный Парс", содержащее половину запасов иранского газа. Строит в Иране подземные хранилища газа, разрабатывает генеральную схему газораспределительной сети страны, а также участвует в строительстве и обслуживании национальных газовых сетей.

Конечно, в юридических взаимоотношениях с российскими компаниями, которые вкладывают средства в иранскую экономику, есть определенная специфика. Статья 81 Конституции Исламской Республики Иран гласит: "Правительству абсолютно запрещается предоставлять концессии иностранцам для организации публичных компаний и организаций или обществ в коммерческом, сельскохозяйственном, промышленном и добывающем секторах и в сфере услуг". Но для привлечения зарубежных инвесторов Меджлис в 2002 году принял Закон Исламской Республики Иран "О поощрении и защите иностранных инвестиций".

Вдобавок есть еще военно-политическая специфика – вся нефтегазовая отрасль Ирана полностью контролируется Корпусом стражей Исламской революции. КСИР – это военно-идеологическая организация орденского типа, подчиняется непосредственно Рахбару – Высшему руководителю Ирана Аятолле Али Хосейни Хаменеи. Степень доверия между нашими странами еще совсем недавно была настолько высока, что в 2007 году Аятолла Хаменеи лично встретился с первым главой немусульманского государства В.В. Путиным.

Однако в таких же условиях работают и другие зарубежные компании. Смогла же Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) обойти "Газпромнефть" в борьбе за разработку нефтяного месторождения "Северный Азадеган".

Итак, есть ли сегодня экономическое сотрудничество в нефтегазовой сфере между нашими государствами? Нельзя сказать, что его нет. Но и назвать это сотрудничество соответствующим роли, которую играют Россия и Иран на мировом рынке углеводородов, тоже нельзя.

Геополитическая необходимость сотрудничества – взгляд сбоку.

С одной стороны Россия и Иран в каких-то сегментах энергетического рынка - потенциальные конкуренты. Например, проект "Набукко" по поставке через Турцию прикаспийского газа из Туркмении и Азербайджана в Европу изначально предполагал участие Ирана, в том числе поставками газа из Персидского залива ("Южный Парс"). Но из-за иранской ядерной программы это участие было "заморожено". Однако иранская сторона уже делала заявления о готовности вернуться в этот проект, тем более что Евросоюз периодически педалирует тему "Набукко", как альтернативу поставкам газа из России, в частности "Южному потоку". Несмотря на давление США, многие европейские лидеры достаточно благосклонно относятся к сотрудничеству с Ираном, ведь себестоимость добычи иранского газа ниже, чем российского – значит, ниже цена, а это дополнительный рычаг давления на Россию.

С перспективой альтернативного транзита газа в Турцию и Европу связано и намерение строить дополнительные трубопроводы из Ирана в Турцию, несмотря на то, что Турция сегодня уже получает российский газ по "Голубому потоку". А также ввод дополнительных газопроводов из Туркмении в Иран, хотя туркменский газ традиционно поставляется в европейском направлении по российским сетям. Очевидно, взаимоотношения Ирана с третьими странами могут создавать противоречия в уже сложившихся отношениях России с ними. Нельзя исключать, что влияет на отрицательную позицию России по принятию Ирана в Шанхайскую организацию сотрудничества.

Еще пример: непростые отношения Ирана с Катаром, поскольку они осваивают одно колоссальное месторождение "Северное/Южный Парс", находящееся в территориальных водах обеих стран, существенно сдерживают совместные российско-иранско-катарские газовые проекты.

Но, с другой стороны, несмотря на разные подходы, Россия с Ираном смогли договориться в вопросе о создании Форума стран – экспортеров газа. Это объединение государств учреждено в 2008 году в составе постоянных участников (Алжир, Боливия, Венесуэла, Египет, Иран, Катар, Ливия, Нигерия, Россия, Тринидад и Тобаго, Экваториальная Гвинея) и наблюдателей (Нидерланды, Норвегия, Казахстан). Иногда его не совсем точно именуют "газовой ОПЕК" - таковым он пока не является, но в перспективе при определенных обстоятельствах ФСЭГ может стать фактором мировой экономики и, что очень важно, фактором мировой политики. Об этом свидетельствует высказанная в США и Евросоюзе озабоченность в отношении ФСЭГ.

Что касается поставок иранского газа в Европу, то здесь, при благоприятствующей обстановке, можно было бы вернуться к рассмотрению проекта, изучавшегося еще в СССР, согласно которому иранский газ мог бы идти транзитом через Азербайджан в Россию, а далее в Европу, либо также транзитом через Туркмению и Казахстан в Россию. Возможны поставки по схеме замещения или "своп", когда иранский газ потребляется в России, а аналогичный объем российского газа экспортируется в Европу. Таким путем Россия и Иран могут перейти от конкуренции к взаимовыгодному партнерству.

Насколько известно, остается в силе также российское предложение о продаже части иранской нефти на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже.

Еще более перспективным является не западное, а восточное направление. Быстрорастущая экономика Индии требует соответствующего обеспечения энергоресурсами. По информации, строительство газопровода из Ирана в Индию через Пакистан уже запланировано и российский "Газпром" заявил о возможности оказать техническую и финансовую помощь этому проекту.

Если с Индией у Ирана только намечаются крупное нефтегазовое сотрудничество, то с Китаем оно уже де-факто существует. "Свято место пусто не бывает!" гласит русская пословица – и в отсутствии западных и российских компаний китайцы прочно заняли позицию ключевых партнеров Ирана. Кроме экспорта нефти и сжиженного газа, Поднебесная инвестирует средства в разработку нефтяных месторождений. Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) является оператором освоения двух крупных месторождений - северного и южного "Азадегана". В разработке другого месторождения "Ядараван" участвует Китайская нефтяная и химическая корпорация (Sinopec). Не отстает от КНР и Япония.

Почему же вокруг Ирана переплелись в запутанный клубок интересы и противоречия фактически половины земного шара – России, Европы, США, Китая, Индии, Японии? Только ли дело в природных дарах Всевышнего, милостиво наделившего наши страны нефтью и газом?

Один из столпов геополитики Х. Маккиндер полагал, что для политического доминирования в мире необходимо контролировать Хартленд (англ. Heartland – "сердцевинная земля"), который, по его мнению, находится большей частью в Западной Сибири и немного в Средней Азии. Однако сегодня можно сказать – Хартленд находится все-таки гораздо южнее, а именно – включает в себя такие страны, как Иран, Афганистан и Пакистан.

В этом регионе сконцентрировано то, что так необходимо для удержания мировой финансовой системы от катастрофического обвала. В проявленной части – углеводороды Персидского залива, а в непроявленной – наркотики из Афганистана. Здесь же сконцентрирована наиболее пассионарная часть исламской уммы – как шииты, так и сунниты, которые бросили вызов западной модели общества потребления.

Именно поэтому США в 2001 году нанесли удар по Афганистану, в 2003 году по Ираку, планировали и продолжают планировать удар по Ирану. Вероятность удара по Ирану достаточно высока и по сей день.

Очевидно, что и иранские, и российские нефтегазовые ресурсы сегодня являются одним из важнейших факторов не только текущей международной политики, но и будущего мироустройства. Какова будет новая мировая финансовая система? На каких духовных принципах будут развиваться родственные и культурно, и исторически наши не западные цивилизации? Это ли не основание для сотрудничества наших государств?

Взгляд сверху

Если оторваться от земных недр и посмотреть на все происходящее сверху, можно увидеть следующую картину.

Будущее народов нашей планеты определяется не только экономической, политической и военной конкуренцией между государствами, но и в значительной степени противоборством неформальных, но вполне реальных проектов мирового порядка, реализации которых и подчинены ресурсы основных мировых игроков. Представляется, что таких активных мировых проектов за карточным столом истории, а не за шахматной доской, как нас пытаются убедить, сегодня несколько. Не вдаваясь в перечисление и описание проектов, отметим, что каждому из них присуще такое видение конечного мироустройства, при котором автор проекта - страна или группа стран - в конечном итоге доминирует над всем миром, а мир перестраивается в соответствии с правилами и порядками, определяемыми автором проекта. Каждый проект предусматривает борьбу с конкурентами и противниками и, в свое время, кульминацию в виде мягкого или по-библейски жесткого апокалипсиса, после чего противоречия снимаются и мир приобретает желанный для проектантов облик. Естественно, ресурсы, прежде всего энергетические – важнейший фактор победы.

Так что же делать России и Ирану, когда - вернемся на землю - столько желающих разыграть углеводородную карту в свою пользу за наш счет? Есть ли выход? Можем ли мы сесть полноправными игроками за карточный стол истории?

Автор убежден, что ни один из существующих ныне проектов нового мирового порядка, как бы они ни назывались, не может устраивать ни Россию, ни Иран. Две наши страны являются обладателями не только крупнейших запасов нефти и газа. Их главное богатство - духовность и великие национальные культуры, которые в разворачивающейся борьбе чужих проектов могут кануть в безвестность так же, как уйдут в прошлое российские и иранские углеводороды. Осознание этой реальности, а также того, что таким странам, как Россия и Иран вовсе не обязательно присоединяться к конкурирующим силам, а наоборот, необходимо сформировать свой - или свои - проекты мироустройства, позволит по-новому взглянуть и на вопросы использования углеводородов, и на развитие и применение высоких технологий.

Творческий потенциал и россиян, и иранцев - и генетический, и приобретенный - таков, что Россия с Ираном, умело используя свой сегодняшний ресурс, нефтегазовую карту, могут выиграть время и "обогнать не догоняя" других в нано-, био-, инфо- технологиях шестого уклада и выйти на когнитивные технологии седьмого уклада, иначе говоря, технологии действий в нематериальной сфере. Новые когнитивные технологии, расширяющие возможности разума, сделают бессмысленными разрабатываемые сегодня виды оружия типа "боевой молекулы" и т.п., позволят избежать локальных апокалипсисов или всеобщего конца света, утвердят универсальным мерилом успеха в жизни не количество золота, а творческие способности человека, позволят установить гармонию в отношениях между цивилизациями, государствами и народами. Это и будет новое слово, о котором говорили пророки и провидцы.

Состоится ли все это, будет зависеть, помимо прочего, и от того, в каком месте в предложении "Россия – Иран: дружить нельзя расстаться" ответственные лица двух стран поставят запятую.

Валерий Феликсович Муниров,
Выпускник Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации, член клуба Товарищей Военного института иностранных языков Красной Армии, член Совета директоров ООО "Академия небополитики", и.о председателя Союза военных исламоведов России

23.12.11
Источник - iran.ru
Категория: Международные военные новости | Просмотров: 470 | Добавил: Marat | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Календарь