Главная » Статьи » Советский Казахстан » Казахстан во время второй мировой войны

Благодаря усилиям украинских поисковиков казахстанец спустя 70 лет узнал о судьбе дедушки
В ходе работ по поиску могил наших земляков, погибших или пропавших без вести во время Великой Отечественной войны, чаще всего приходится освещать те или иные проблемы.
Однако, к счастью, случаются и радостные события. Представители казахского землячества в Украине и украинские поисковики смогли узнать судьбу и выяснить место последнего пристанища лейтенанта Аяпбергена Абдрахманова, погибшего в 1943 году под Запорожьем. Внук героического лейтенанта, житель Петропавловска Марат Абдрахманов теперь собирается навестить могилу своего дедушки.
Аяпберген Сарымбетович Абдрахманов был призван в армию из Петропавловска в 1941 году. Его родные смогли узнать лишь, что Аяпберген Абдрахманов погиб в тяжелом бою летом 1943 года и посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза. Правда, о присуждении «Золотой Звезды» документального подтверждения словам родственников нет. Однако даже места захоронения родным и близким лейтенанта никто точно назвать не мог. Спустя 70 лет Марат Абдрахманов все же решил выяснить судьбу дедушки и обратился за помощью к главе казахского землячества в Украине Макке Каражановой, постоянной героине наших публикаций на данную тему. Стоит отметить, что пока только Макка Каражанова предпринимает конкретные и эффективные шаги по разрешению тех или иных ситуаций вокруг военных захоронений казахстанцев на украинской земле. К счастью, на этот раз результат работы не заставил себя долго ждать, и к великой радости молодых поколений Абдрахмановых могилу Аяпбергена удалось найти. Правда, легкими эти поиски не были.
– Я обратилась к поисковикам, они нашли соответствующие документы, – рассказала Макка Каражанова. – Мне указали место захоронения – на кладбище, около села Большая Белозерка Запорожской области. Однако на месте выяснилось, что в самом селе никаких данных по Аяпбергену Абдрахманову нет. Пришлось перезвонить в военкомат. Позже обратились в Книгу памяти Запорожья.
Руководителя, главного редактора областного отделения поисково-издательского агентства «Книга памяти Украины» Василия Петровича Слетова, без преувеличения, можно назвать великим человеком. При этом стоит учесть, что штат издания включает лишь семь сотрудников, редакция финансируется с большими перебоями и весьма скудно. Что касается региональной комиссии по установлению личностей погибших бойцов, то она вообще существует на общественных началах. И тем не менее…
«Скажу сразу, нам очень повезло с Василием Петровичем, – рассказывает Макка Каражанова. – Он звонил в военкомат и председателям сел, поднял документы и записи за 1947 год. Именно там и были обнаружены данные относительно лейтенанта Абдрахманова. Выяснилось, что захоронение было перенесено в совхоз «Трудовой».
Правда, ни на памятнике, ни в книге памяти села данных о Аяпбергене Абдрахманове нет. Но есть документ, подтверждающий сведения о месте захоронения. Василий Петрович пообещал начать проделывать все процедуры для внесения Абдрахманова Аяба Сарымбетовича в книгу памяти Запорожья и отправить данные в картотеку областного военкомата. Кстати, нет ни в одной базе информации о командирах, похороненных вместе с Аябом, – Алферове, Баранове, Щелестове.
Я отдала все данные по ним Василию Петровичу, может, удастся их также внести в книгу памяти Запорожья».
Стоит отметить, что лейтенант Аяпберген Абдрахманов погиб в период наиболее трагических и кровопролитных боев Великой Отечественной войны. Началось освобождение Украины…
В конце октября – начале ноября 1943 года войска 4-го Украинского фронта завершили Мелитопольскую операцию, в ходе которой продвинулись до 300 км, выйдя к низовью Днепра и Перекопскому перешейку. В ходе стратегического наступления 1943–1944 годов на Правобережной Украине они своим правым крылом участвовали в Никопольско-Криворожской операции. Во взаимодействии с 3-м Украинским фронтом ликвидировали никопольский плацдарм противника на Днепре. Очевидцы вспоминали, что артиллерийский огонь был настолько плотным, что расчеты противника только изредка вели огонь. В это время пехота вплотную подходила к переднему краю и вскоре при поддержке 11-й танковой бригады перешла в атаку. 57-я гвардейская стрелковая дивизия, обеспечивая правый фланг корпуса, под сильным автоматическим огнем противника продвинулась на один километр, в дальнейшем успеха не имела.
Части дивизии под прикрытием своей артиллерии, встречая огневое сопротивление противника, медленно продвигались вперед... После четырехчасового боя во взаимодействии с 23-м танковым корпусом стремительной атакой бойцы ворвались в траншеи противника. Завязался рукопашный бой, в результате которого противник был выбит с рубежа его обороны и отходил в южном направлении.
«Вы только представьте мысленно, что творилось в момент той танковой атаки на Могиле Нечаева. Шел шквальный огонь артиллерии с обеих сторон. Все было в дыму. Все горело, даже земля, под огнем наших «Катюш» и огнеметов. В этом грохоте нельзя было слышать даже голоса друг друга. Мы же, прорвав первую линию обороны врага, мчались в его тыл. Приказ был: взять высоту и удержать ее до подхода основных сил. В этом кошмаре видны были только вспышки снарядов и мин. Солдаты наши валились, как снопы, но не меньше лежало и фашистов. Девиз был: «Пусть враг пройдет по нашим трупам, но ни шагу назад!» Вот как нам доставалась эта высота и ваш любимый город Никополь...» – писал в мемуарах один из участников тех событий.
Из письма одного из бойцов: «В боях под Могилой Нечаева был командиром 2-го стрелкового батальона 172-го гв. стрелкового полка. Участвовал в сотнях боев. Но таких боев – страшных, изнурительных, тяжелых, кровопролитных, которые проходили на Никопольщине в декабре 1943 года, не припомню… Это там, под Могилой Нечаева, были случаи, когда в батальонах полка оставалось всего по нескольку человек. Приходило пополнение – младшие лейтенанты на должности командиров взводов. И вот этих молодых лейтенантов сажали по 5–6 человек в танк, открывали нижние люки, и при артналете танки устремлялись к траншеям противника. Через нижние люки лейтенанты выходили и вели бой в траншеях. Это была трагедия. Из этого боя никто не выходил. Ни лейтенанты, ни танки...»
Маршал А. Василевский вспоминал: «...В середине января, с разрешения Ставки, мы прекратили атаки. Стало ясно, что собственными силами мы не могли разбить никопольскую группировку врага. Если будем и дальше вести боевые действия таким же способом, то понесем невосполнимые потери, а задачу все равно не выполним. Необходимо было совершить перегруппировку войск, пополнить войска резервами...»
Никополь удалось занять лишь 8 февраля 1944 года. Именно в той кровавой мясорубке и погиб лейтенант Аяпберген Абдрахманов…
– По нашим данным, лейтенант Абдрахманов погиб на никопольском плацдарме, – рассказал «Литеру» Василий Петрович Слетов. – Это правый берег Днепра. Там братские захоронения, порядка 10 тысяч человек. При этом порядка 15 процентов – безымянные. Например, 1100 человек похоронены, из них 920 известны, остальные нет. Наши поисковики в основном пользуются электронными данными подольского центрального архива. Что касается казахстанцев, учет проводить очень сложно из-за интернационального состава республики. Фамилии ведь не только казахские. Могут быть и русские, и украинские, и азербайджанские. В таких случаях необходимо смотреть, где человек родился и откуда его призвали. Это еще более сложная задача.
По словам Василия Слетова, согласно последним официальным данным, только в боях за освобождение Запорожской области погибло более 110 тысяч человек. Еще больше народу полегло при обороне области в 1941 году, когда советские части были вынуждены отступать. Очень много при защите, когда наши воинские части отступали.
– Часто бойцов хоронило местное население по указке уже немецких властей, – говорит Василий Слетов. – Порой просто сваливали кучей в силосные ямы. Сейчас мы поднимаем из окопов не захороненными целые роты и целые батальоны. При наступлении в 1943 году тоже далеко не всех успевали хоронить. Тогда под ружье ставили зачастую местное население от 17 до 60 лет. Некоторых даже не ставили на довольствие.
Кстати, сотрудникам редакции «Книги памяти» зачастую приходится заниматься и вопросами перезахоронений. Как уже было сказано, задача усложняется еще тем, что зарытых в спешке бойцов впоследствии перезахоранивали уже в другом месте, формируя братские могилы. Поэтому в архивах порой значатся одни данные по месту гибели и захоронения, а по факту человек покоится уже в другом месте.
– Мы получаем письма со всех сторон бывшего СССР, включая Прибалтику, – отметил Василий Слетов. – Погибших разыскивают уже внуки и правнуки. Но процесс опознания погибших в лучшем случае можно осуществлять по капсулам. Но почти все они уже пришли в негодность, и текста там не разобрать. Используем также подписи на кружках, флягах, расческах.
Силами сотрудников издательства «Книги памяти» свет увидели уже 22 тома. На подходе 23-й. Как уже говорилось ранее, в последние годы начались активные работы по раскопкам на месте боев. Не исключено, что среди многих тысяч погибших в Запорожской области окажется немало наших земляков.

Альбина АХМЕТОВА, Алматы – Запорожье, http://www.liter.kz/index.php?option=com_content&task=view&id=8218&Itemid=2
Категория: Казахстан во время второй мировой войны | Добавил: Marat (14.12.2011)
Просмотров: 1054 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Статистика

Онлайн всего: 8
Гостей: 8
Пользователей: 0