Главная » 2011 » Ноябрь » 1 » Афганские казахи
20:00
Афганские казахи
Интервью с Саттаром, уехавшим из родного Кундуза на заработки в Кабул, было первой встречей корреспондентов .kz с афганскими казахами. Саттар в этом смысле – исключение, его соплеменники, живущие преимущественно на севере Афганистана, нечасто забираются так далеко на юг, в пуштунскую часть страны. Позже, в Мазари-Шарифе мы познакомились со старейшинами уже немногочисленной казахской диаспоры, разбросанной по разным провинциям Афганистана.

Эти встречи были организованы благодаря искренней и бескорыстной помощи наших соотечественников, живущих и работающих в Афганистане. Казахстанцы помогли корреспондентам «.kz» не только найти афганских казахов, но и приглашали нас и наших собеседников к себе домой, помогали с переводом.

Отношения – ровные
Разговор с Саттаром, откровенно говоря, сначала не клеился. Рекомендованный нам как парень общительный Саттар буквально цедил слова, излагая историю своей семьи.



— Когда моя семья уехала из Казахстана? В 80-х годах, а нет, не в 80-х. 80 лет назад, так правильно, даже 85 лет назад. Да, ровно 85 лет назад переехали сюда, — вспомнив это, Саттар замолчал.

— А почему ваша семья покинула родину? – спросил я и чуть не поежился, так по «следовательски» звучал вопрос. Не поэтому ли так насторожен Саттар? Или просто стесняется?

— Война была, — коротко сообщил он.

Война? Я, переводчик и фотокорреспондент, прикидывали и так и эдак, гадали, какая же война стряслась в степях Казахстана в 30-х годах 20-го века? Может, предки Саттара пострадали от коллективизации, от какого-то другого бедствия, сравнимого с войной?

— Может, — согласился Саттар, и добавил опять. – Соғыс болды. Мне так рассказывали. Это давно было, отец уже здесь родился в Афганистане. В Казахстане где жили – не знаю… Знаю, что деду переправа через Амударью запомнилась – трудно было.

Про современность наш собеседник говорил много охотнее.


— Казахов много жило, почти все уехали, в Багдане, Кундузе, Герате много казахов жило, а как возможность появилась, сразу многие снялись и уехали в Казахстан. Я и сам, наверное, уеду, — Саттар начал говорить распространенными предложениями. – С местными отношения, сколько я помню, были ровные, и отец так же говорил. Даже, когда война шла – наши автоматы в руки не брали, так что казахов это все – то одни приходят с оружием, то другие – не особо коснулось.

Естественно, нас интересовал и языковой вопрос. Точнее, в Афганистане его в каком-то смысле правильнее назвать «ответом» – афганцы владеют обычно двумя-тремя, а то и несколькими языками. Изучение соседских языков облегчает то, что у значительной их части общий иранский корень, но полиязычие жителей этой страны все равно вызывает уважением.

Саттар обыденно сообщил нам, что владеет дари, пушту, хиндустани, казахским, узбекским, немного русским.

На вопрос, какие языки он учил в школе, преподавался ли в школе казахский, Саттар ответил – в школе все предметы преподавались на дари, казахского языка в школе не было, как не было ни казахских школ, ни казахских классов. Он, по крайней мере, ни о чем таком не слышал. Кстати, мы, задавая этот вопрос, тогда так и не поняли выразительного взгляда нашего переводчика.

Нас интересовал и быт. По словам Саттара, хотя его соплеменники и сохранили все умения скотоводов, сейчас казахи кормятся в основном от земледелия и торговли.

— Юрты? Да, юрты есть, пастухи их используют. И на праздники, конечно, ставили юрты – на тои, на Наурыз, — пояснил Саттар. – Традиционные ремесла? Сейчас, наверное, устазы и зергеры среди стариков только остались.

Отъезд множества казахов на Родину поставил перед немногочисленной диаспорой проблему для традиционного общества очень существенную – где искать женихов и невест для молодых.

— Аксакалы думают, — в своей лаконичной мере информировал нас наш собеседник. – Никто не против сосватать невесту в Казахстане, но кто ж сюда поедет или дочь отпустит? И жених сюда вряд ли приедет…



Жизнь другая пошла
Аксакалы, в отличие от Саттара улыбались часто, отвечали на вопросы живо и обстоятельно, сами с большим любопытством расспрашивали нас о жизни в Казахстане и, вообще, производили впечатление людей жизнерадостных и уверенных в себе.


Ходжи Мамур Абду Дисалиль имел «арамисовскую» бородку, Садыка-ата был безбород и, если бы не чалма, напоминал обычного алма-атинского пенсионера – из тех, что ходят в костюме практически в любую погоду и регулярно покупают газету в киоске.

Первым делом аксакалы извинились, что не могут принять нас у себя дома – в Кундузе сейчас небезопасно. А так как выглядим мы немного непривычно для местных жителей – тактично отметил Ходжи Мамур – то мы, конечно же, просто обязаны почтить своим присутствием казахские дома в соседнем городе, но только в следующий раз.

Затем старейшины, видимо, по привычке взяли инициативу в свои руки, церемонно поинтересовавшись счастьем-здоровьем наших близких, труден был ли путь и другими важными вещами.

То ли в доказательство своего гостеприимства, то ли солидности ради Ходжи Мамур достал солидную стопку визиток, вытащил из нее одну карточку и предъявил – на них значилась фамилия нашего коллеги.

— Но это было давно, — утешил он нас. – Тут все очень быстро меняется. Сейчас другая жизнь пошла.

Быстро отдав дань вежливости – за расспросами мы распили только один чайник чая – аксакалы приготовились отвечать на наши вопросы.

Ходжи Мамур и Садык историю своих семей знали превосходно. Откочевав в начале прошлого века с Мангышлака («Из-за колонизации бежали» — кратко пояснил переводчик, — «Какие-то роды возвышались, кому-то пришлось откочевывать») их предки, побывав в землях Кокандского ханства и Бухарского эмира, оказались в Афганистане.

— Это мистика, но Ходжи Мамуру так рассказали его предки, — обратился к нам переводчик, выслушав несколько фраз от старейшины. – Когда они шли здесь через джангали – это кустарник, зеленка – им навстречу выходили хищники: волки и барсы. К зверям подходили старики и говорили: «И вы, и мы твари Божьи, и нас, и вас гонят люди, мы так же, как и вы скитаемся пока без пристанища…» Звери уходили, и все время, пока они шли к новому месту, ни один хищник не напал ни на скот, ни на людей. А вот Амударья многих не пощадила – тогда ведь ни мостов, ни паромов не было – на переправе потеряли многих, и скота много потеряли…

Ставшими оседлыми казахи с соседями быстро ужились. Хотя вначале местные власти, дав им необжитые земли, согнали затем чужаков с обработанных полей.

— Были конфликты, но так, чтобы враждовали народы – такого не было. Из-за земли, из-за воды ссорились, но где из-за этого нет ссор, даже родственники из-за имущества вздорят, — рассказывал Садык-ата. – Тот же кокпар здесь называется бузкаши – это национальный спорт, все – и казахи, и таджики, и узбеки играют. Кто чаще выигрывает? Так ведь тут не собирают команды только из казахов, или только из таджиков, узбеков, всегда смешанные. Победители выигрывают.

С невестами и женихами проблема есть, признали старейшины, но, иншалла, будут создаваться семьи в уменьшающейся диаспоре – аксакалы найдут и жен и мужей для своих. Ходжми Мамур привел наглядный пример, чтобы дать нам понять, как опасно пускать на самотек вопрос выбора брачного партнера в маленькой общине.

— Один из наших взял невесту у соседей, из другого народа, женился. Тут как – муж на заработках, с детьми жена, она детей воспитывает. В результате в той семье дочки ни обычаев казахских, ни традиций не знают. Дочки замуж, скорее всего, за наших не пойдут. А невест и так мало…

Кстати, тут аксакалы объяснили, чем так удивил наших предыдущих собеседников вопрос о казахских школах или классах.

— Тут хорошо, если дети в обычную-то школу, афганскую ходят. И не только потому что накладно. Талибы часто нападают на школы, вон, в Пакистане там бомбы взрывают, как будто это военные базы какие-то. Здесь, на севере это не очень чувствуется, а чем дальше на юг, тем со школой проблем больше. Боятся родители.

Обсудив с нами житейские вопросы Ходжи Мамур и Садык-ата отправились на жума-намаз, чтобы вернуться к обеду. За обедом старейшины с одобрением наблюдали, как мы, как мы во главе с хозяином дома раскладываем плов по тарелкам.

— Вы же были в Казахстане, там другая жизнь, другие обычаи, как вы к этому относитесь?

— С пониманием отношусь. Здесь исламская страна, она так и называется Исламская Республика Афганистан, здесь законы шариата, а Казахстан страна светская, там свои законы, там люди живут по-другому. Главное – хорошо живут, мне нравится. А как одеваются, куда ходят – кому какое дело? – рассудительно ответил Ходжми Мамур. – И традиции в Казахстане помнят, а что живут по-новому – в этом ничего плохого нет.

Как выяснилось, старейшины с большим интересом знакомятся и с современной культурой Казахстана и с тем, что было создано за те годы, когда они были оторваны от Родины.

— Фильмы мы смотрели: «Ангел в тюбетейке», «Меня зовут Кожа», «Наш милый доктор», «Конец атамана», — оба аксакала показывали отличное знакомство с казахской советской кинематографией. – Хорошие фильмы, душевные, добрые, о простых людях – это всем интересно. Книг много интересных было написано, как нам сказали. Тоже почитали бы с удовольствием. Это нам близко. В разных странах жизнь, конечно, разная, но люди-то везде одинаковые…

На прощание аксакалы наказали нам передать привет Казахстану.

— Приеду – проверю, — задержав мою ладонь при рукопожатии, серьезно начал Садык-ата, потом рассмеялся. – Как только границу пересеку, спрошу – такие-то привет мой передали, или нет? Акжол.


Текст: Филипп Прокудин
Фото: Руслан Пряников
http://aroundtheworld.horde.kz/1717.html

Категория: Казахстанские военные новости | Просмотров: 1460 | Добавил: Marat | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Календарь